Научный "баттл": специалисты спорят, можно ли мочить манту

Научный мир сотрясает мощная словесная битва, о которой не могли даже подумать. Старт нешуточной баталии дал бывший санитарный врач страны. Геннадий Онищенко неожиданно призвал всех россиян ни в коем случае не мочить пробу манту, но именно этот совет, знакомый каждому в СССР, всколыхнул современных ученых, и теперь развернулся грандиозный спор о вере в науку и доверии мифам.

Мочить или не мочить — сегодня этот вопрос стал продолжением вечной борьбы отцов и детей. Поколение, которое смолоду бережет манту в сухости, представляет бывший главный врач, а теперь депутат Госдумы Геннадий Онищенко. Вручая награду за вклад в популяризацию науки в социальных сетях он увидел название одного из номинантов и схватился за голову.

«Баттл» открылся, и со всех сторон посыпались «диссы». Молодое поколение врачей уверено: свой «панч» Онищенко взял из большой советской медицинской энциклопедии, а они-то на полке держат издание новое, дополненное. И там черными высокотехнологичными чернилами по белому, как медицинский халат, листу пишут: вода не может проникнуть так глубоко под кожу, чтобы испортить туберкулиновую пробу. Со всей серьезностью Онищенко отвечают ведущие ученые Центрального научного исследовательского института туберкулеза.

«Вода не сыграет своей роли, не увеличит результат пробы, скорее всего, на это отразится механическое повреждение», — сообщили в ЦНИИТ Туберкулеза.

Словно вопрос, с какой стороны разбивать яйцо, слова Онищенко разделили врачей на два лагеря, где старая школа продолжает блюсти сухой закон манту, а молодежь не верит в такую мудрость поколений.

Но теперь капнуть из пипетки на след от туберкулиновой пробы — это вызов закостенелому обществу, путь против системы, локальная революция и бытовой панк-рок.

До того как озвучить свой наказ, Геннадий Онищенко долго говорил о важности популяризации науки, особенно среди молодежи. Правда, соцсети он почему-то назвал окопом между обществом и армией ученых, видимо, намекая на некую взаимную неприязнь, но из всей речи запомнились лишь пять слов: манифест главы комитета Госдумы по науке и образованию — видимо, главное табу в жизни Онищенко.